ТРИ ДРУГА
Тося очень любил
отца. Они дружили, по-настоящему дружили.
Он мог
разговаривать с ним как с равным, и в то же время отец
всегда мог дать
совет. Лаконично, емко, всего несколько слов, но как точно, всегда
в
"десятку".
За всю жизнь тот
никогда не ударил его. И Тосе
всегда было странно
слышать, когда его сверстники нелестно отзывались о своих
отцах.
Когда ему было
десять лет, как-то вечером отец
усадил его за
стол
напротив себя и сказал:
- С этого дня у
тебя добавится еще один урок. Относись к нему серьез-
но, потому что учителем здесь буду я. Вот тебе десять
десятирублевых ку-
пюр. Ты должен будешь украсть на первый раз одну из них.
Я покажу
тебе
один из возможных способов, и ты сегодня будешь делать
так, как покажу.
Если что-нибудь не понятно, поправлю. Но если завтра,
в это
же время,
вытащишь купюру и я замечу, то ударю тебя этой
палкой по рукам.
- Он
достал бамбуковую палку, напоминавшую удилище, и положил
на стол.
- И
буду бить каждый раз, когда будешь "ломать" -
а это
называется именно
так, когда заметно.
На следующий
день он не ударил. Это произошло, когда надо было "отло-
мать" четыре купюры из десяти. Тогда он получил
крепкий удар по кистям.
За все время, сколько отец вел эти уроки, еще два или три
раза Тосе дос-
талось палкой, но это не в счет.
- Алик, -
обратился Тося к товарищу, - с этого дня хочу,
чтобы меня
называли Тося Прикуп, в честь памяти отца. Он часто любил
говорить, ког-
да мы играли с ним в карты: "Знал бы прикуп - жил бы
в Сочи. А ты - мой
прикуп, никогда не знаешь, что из тебя получится, пока не
вырастешь. Но
хочется верить, что это будет желанная масть".
В этот день на
свет появился Тося Прикуп, молодой, красивый, энергич-
ный человек с затаенной горькой обидой на всех ментов
за смерть своего
отца, образ которого остался в его памяти и
превратился в кумира.
Это
был единственный человек, которым он восхищался. В
любом другом, пусть
даже признанном всем человечеством, он видел изъяны.
Так начался
жизненный путь афериста.
Он знакомился с
людьми на каждом шагу, оценивая собеседника, стараясь
определить толщину его кошелька. Мило улыбаясь, он
нащупывал в разговоре
слабинку и умело пользовался ею, изображая из себя то
аспиранта, то биз-
несмена, то "играющего", то убийцу и так далее.
После этого всегда ново-
испеченный знакомый оставался без денег. Каждый раз в ход
шли все новые
и новые методы.
Их было три
друга. Они сдружились еще со школьных лет,
хотя учились
все в разных школах. Алик учился в спецшколе, куда
был переведен после
шестого класса как трудный ребенок за то, что выбил глаз
одному из своих
соучеников. Тот был боксером и постоянно донимал Алика.
Был суд. С по-
мощью маминых денег он закончился всего лишь переводом в
эту школу. Алик
был красивым парнем. Высокий, с правильными чертами лица
английского ти-
па. Криминал в нем был заложен генетически.
Второго друга
звали Игорь. Впоследствии получил
от друзей прозвище
Вася. Он был тоже симпатичным парнем, с прямыми черными
толстыми волоса-
ми и немного длинным носом. По натуре был флегматиком,
говорил размерен-
но, иногда на заданный вопрос долго молчал, соображая,
что ответить, и в
этот момент его ничто не могло смутить.
Все трое
считали, что весь мир брошен к их ногам. Они
шли по жизни
весело и беспечно, точно уразумев, что все
решают деньги. В
поисках
больших денег они разъезжали по городам.
НА БУТЕРБРОД
Был теплый
осенний солнечный день. Тося договорился
встретиться с
Аликом у чекового магазина в надежде найти какого-либо
простачка с уве-
систым кошельком.
В назначенное
время Тося подъехал к магазину и
увидел Колю Колича,
который весело его приветствовал. Не успели они
обмолвиться и двумя сло-
вами, как подбежал запыхавшийся Алик.
- Я выдернул
двоих лохов. Военные. Полковники. Едут
с Афгана. Чеки
продают по три рубля. Но чеков у них столько, что я
не стану
называть.
Все равно не поверите.
Коля Колич и Тося
задумались.
- Это подстава,
- первым нарушил тишину Коля. - Сейчас мусора открыли
отдел по борьбе с кидальщиками, и это наверняка их
штучки. Кроме того,
все нормальные люди знают, что чеки стоят два рубля, ну,
два двадцать...
а тем более большая сумма...
Так, рассуждая,
они добрели до парикмахерской.
- Тебе не мешало
бы побриться, - заметил Тося, обращаясь к Коле.
- Дайте рубль
кто-нибудь. У меня ни копейки. - И Коля перевел
взгляд
с Алика на Тосю.
- Технично
пробивает, как у нас с тузами, - весело заметил Алик.
В карманах Тоси
и Алика было так же пусто, как и у Коли.
Катастрофи-
ческое безденежье развеселило всех. Наконец рубль был
найден у прохожего
малознакомого гражданина. Коля, побрившись, заплатил
рубль широким жес-
том.
- Давайте
рискнем, - заявил Тося.
- Если что-то не
выйдет и кого-либо примут мусора,
платить будем в
равной доле, отмазывая того, кто окажется на киче, -
резюмировал Коля
Колич - огромный парень, в котором угадывалась цыганская
кровь.
Алик взял у
полковников адрес. Они жили в гостинице "Москва" на Кре-
щатике.
Друзья зашли к
Тосе, взяли кейс дорогого вида,
остановили частника,
пообещав ему 15 рублей в час, и отправились в гостиницу.
В номер
поднимались пешком, хотя работали лифты. Между пятым и шестым
этажами решили оставить кейс за шторой.
Полковники,
одетые в военную форму, со знаками танков в петлицах, ра-
душно встретили гостей. Беседа шла спокойно. Тося объяснил,
что денег
они с собой не взяли, так как опасались, что при подобной
махинации мо-
гут быть задержаны милицией, "но вообще это вопрос
получаса". Затем поп-
росил показать чеки и уточнил цену. Чеков оказалось
тридцать пять тысяч.
Пересчитывая и рассматривая купюры, Тося с трудом подавлял
волнение и
сдерживал дрожь в пальцах: ранее такой суммы он никогда
не видел. (Новые
"Жигули - "шестерка" стоили девять тысяч
сто, а здесь - семьдесят тысяч
- семь машин.)
Пересчитав чеки,
он аккуратно сложил их и поместил в
пустой стакан,
стоявший на столе. Затем взял газету и на полях в
столбик стал перево-
дить в рубли. После недолгих торгов цену сбить не
удалось. Оторвав кусо-
чек с подсчетами, он встали, сказав, что через полчаса
привезет деньги,
направился к выходу, предложив своим друзьям следовать за
ним.
По дороге они
забрали кейс. Внизу сели в машину,
шофер которой был
старый ворчливый дедушка. Они ездили полчаса по
городу, остановились у
газетного киоска, в котором Тося купил газету. Выходя из
машины, он ска-
зал:
- Алик, хорошо
пробей "хвост".
Убедившись, что
"хвоста" нет, они подкатили к гостинице. Два полков-
ника прогуливались у входа в ожидании гостей.
Все трое вышли
из машины. Кейс был у Тоси. Уже собрались идти внутрь,
когда Тося отдал кейс Алику и сказал:
- Посиди в
машине с деньгами... пока.
Он с Колей
Количем и двумя недоумевающими полковниками поднялся в но-
мер.
Тося зашел в
туалет, там он скрутил газеты, стараясь,
чтобы они по
форме и толщине походили на чеки. Вернувшись, он еще раз
пересчитал че-
ки, взял кусок газеты, который ранее оставил на столе,
завернул в него
чеки и сказал:
- С чеками все в
полном порядке. Давайте оставим их в
номере, спус-
тимся к машине, чтобы вы могли посчитать и рассмотреть
деньги. И тогда
осуществим обмен.
- Зачем так?
Можно все сделать, не выходя из комнаты, - возразил один
из полковников.
- Мы боимся.
Деньги большие. А все это несколько противозаконно, -
заметил Тося.
Тут вмешался
Коля Колич:
- Понимаете, я
бздю.
Полковники
переглянулись, не зная, что ответить.
- Давайте чеки
закроем в этом шкафу, - предложил Тося.
Он открыл шкаф и
сунул в один из ящиков завернутые чеки. Но на
самом
деле на дно ящика легла газетная "кукла", умело
подмененная им. Он зак-
рыл шкаф и ключ положил в карман.
- Это чтобы
знать, что в наше отсутствие их не поубавится, - пояснил
Тося. - Спускайтесь к машине, - обратился он к военным
и, потянув Колю
за рукав, направился к выходу. Полковники не отставали.
Все вместе они
вышли из гостиницы. Подошли к машине. Первым сел Коля,
потом - Тося.
- Трогай, отец,
- сказал он.
И дедушка, не
включая зажигание, выжал сцепление. Машина медленно по-
катилась. Один из военных подошел и, открыв дверь,
спросил:
- Вы что,
передумали?
- Нет, - нашелся
Тося, - но нам нужно время, чтобы кое-что обдумать.
Наконец дедушка
завелся, и они умчались.
В квартире,
которую снимал Тося, разделили деньги.
Тося с друзьями
расстался. Через пару дней он заехал за Васей-Игорем в
Одессу, и они
отправились "гастролировать" по городам.
НА СУМКУ
- Игорь, вот мы
и в Харькове, - сказал Тося, толкая товарища,
уснув-
шего рядом на сиденье. Его укачала дорога. - Сегодня
отдохнем, а завтра
сходим на рынок и подберем новые "кишки". Надо
поменять гардероб, - зак-
лючил Тося.
Они подкатили к
гостинице "Центральная", где взяли великолепный трех-
комнатный люкс, уплатив портье кругленькую сумму.
Вечер они
провели так. В ресторане, где они ужинали, нашлось все, что
нужно: музыканты играли только для них; окружив столик,
появились неиз-
вестно откуда две девицы, и пир пошел горой. После
закрытия кабака все
участники торжества, включая музыкантов, переместились в
номер.
Наутро, выгнав
проституток и допив последнюю
бутылку шампанского,
друзья с больными головами отправились на центральный
рынок под названи-
ем "Благбаза". Тося отыскал спекулянтов,
подошел к ним с видом бизнесме-
на.
- Ребята, -
начал он, - мне необходимо купить хорошие дорогие вещи, а
не эту дешевку. - И указал на лежащие на прилавках
рубашки и джинсы.
- А что именно
вам нужно? - поинтересовался один из ребят.
- Сначала
посмотрим, что у вас есть, а там решим.
Они долго
разговаривали, смотрели товар и наконец
решили, что Тося
купит четыре лайковые куртки, три пары джинсов, два клубных
костюма и
еще некоторые вещи на сумму четыре с половиной
тысячи рублей. О
такой
сделке спекулянты могли только мечтать. И все-таки они
побаивались нез-
накомца. Да и всего товара не было при них, а Тося
отказывался покупать
частями, так как считал, что оптовая покупка
позволит сэкономить ему
деньги. Договорились встретиться через два часа дома у
одного из барыг.
На этом и распрощались.
К назначенному
времени Тося с Игорем взяли такси и
направились по
указанному адресу. У них были две одинаковые сумки,
купленные час назад
в универмаге. Одну из сумок они набили простынями,
полотенцами и разным
тряпьем, найденным в гостинице. В середину положили два
кирпича, взятые
на соседней стройке. Когда сумка была наполнена до
отказа, Тося закрыл
ее и сломал "флажок" замка. Вторая сумка была
абсолютно пустой.
На такси
подъехали к самому входу в подъезд. Квартира
находилась на
третьем этаже, и ее легко можно было определить по
количеству лиц, соб-
равшихся в одном окне.
Тося с пустой
сумкой вышел из такси и направился в
подъезд. Когда
Игорь убедился, что у окна никого не осталось, он тоже
вышел из такси и
вошел в подъезд. В руке у него была вторая сумка.
Тосе отворили
дверь, и он оказался в маленьком
коридорчике, который
не мог вместить всех собравшихся.
- Заходите в
комнату, - предложил один из спекулянтов.
- Какая комната?
Я сюда не чаи пришел распивать, а дело
делать. Все
готово? Вот и хорошо. Деньги тоже при мне. - Он показал
тугую пачку де-
нег. - Давайте товар, я буду проверять каждую вещь и складывать
вот в
эту сумку. Если все окажется так, как мы говорили, плачу
деньги, забираю
весь этот хлам и пожимаю каждому руку.
Он расположился
в коридоре, так что входная дверь с четырьмя
замками
оказалась у него за спиной. Сумку он поставил на пол
перед собой.
- Неси, -
скомандовал главный барыга, и из
комнаты начали выносить
разные вещи.
Тося внимательно
рассматривал каждую и аккуратно укладывал
в сумку.
Когда сумка была наполнена до отказа и нужных вещей не
осталось, Тося
закрыл сумку на "молнию", сказал, что все в
порядке, сунул деньги в руки
главному барыге. Тут же повернулся, открыл дверь, выбросил
руку с сумкой
вперед и собрался выйти. Но чья-то жесткая рука ухватила
его за шиворот.
- Подожди, еще
не посчитаны деньги.
Тося обернулся,
закрыл дверь и бросил сумку к ногам
пересчитывающего
деньги. В действительности сумки поменял Игорь, стоявший
за дверью, при-
жавшись к стене спиной.
Когда спекулянт
закончил считать, он с удивлением заметил:
- Здесь не
хватает четырехсот пятидесяти рублей, - и протянул деньги
Тосе.
- Не может быть!
Как же так? Я просил жену, чтобы она отсчитала ровно
четыре с половиной тысячи, а она... Ну-ка дай, хочу
показать ей. Она как
раз сидит внизу в такси. Сейчас вернусь.
Он не спеша
спустился по лестнице, сел в такси и сказал:
- Можно ехать.